Гимн Краснодарского краяГерб и флаг Краснодарского краяСимволы субъектов Краснодарского края Добавить в Избранное Сделать стартовой Назад
Главная :Связь
 
Разделы:
Памятники
Губернатор
Руководители края
Культура
История
Казачество
Вокруг рекламы
Природа
Эрудит
Культура
Библиотеки
Памятники
Песни
Фотоальбом
Разное
Экономика и сельское хозяйство
Сайт

Реклама
Кубанские
 
 
Экономика Краснодарского края

Кубань в годы Великой Отечественной войны
 

 

Кубань в первый год войны (1941-1942 гг.)

22 июня 1941 г. фашистская Германия веролом­но напала на СССР. Преимущество врага в личном составе, качественном превосходстве в авиации, про­счеты руководства нашей страны в подготовке к отра­жению агрессии - этого оказалось достаточно, чтобы посредством внезапного массированного удара достичь на начальном этапе войны существенного стратегиче­ского превосходства на главных направлениях воен­ных действий. Под натиском наступающего противни­ка части Красной Армии вынуждены были отступать, неся большие потери в живой силе и технике.

В связи с нависшей над страной опасностью пред­принимается ряд экстренных мер. 22 июня 1941 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о введении военного положения во всех приграничных респуб­ликах и некоторых центральных областях СССР. В этот же день Президиум Верховного Совета принял Указ о мобилизации военнообязанных 1905-1918 гг. рож­дения на территории всех военных округов, кроме Сред­не-Азиатского, Забайкальского и Дальневосточного.

23 июня была образована Ставка Главного Командо­вания (затем преобразованная в Ставку Верховного Главнокомандования во главе с И. В. Сталиным). Раз­вернутая программа борьбы с врагом была сформули­рована в директиве СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 г. и изложена в выступлении по Всесоюзному радио Председателя Государственного Комитета Обо­роны И. В. Сталина (ГКО был образован 30 июня 1941 г.) 3 июля 1941 г. Руководство страны призы­вало народ понять всю глубину опасности, нависшей над нашей Родиной, отрешиться от настроений мир­ного времени, перестроить всю работу на военный лад, организовать всестороннюю помощь фронту, вести бес­пощадную борьбу с паникерами, дезертирами, рас­пространителями слухов. Боевым девизом народа стал лозунг «Все для фронта, все для победы!».

В первые же дни войны в военкоматы, партий­ные, советские, комсомольские организации стали поступать заявления с просьбой отправить на фронт. К 9 июля 1941 г. в военкоматы только Краснодар­ского края поступило около 12 тысяч таких заявле­ний, а к концу июля - более 17 тысяч. Всего за пери­од с июня 1941 по июль 1942 г. в ряды Вооруженных Сил СССР ушло около 20 процентов численности на­селения края, более 600 тысяч человек.

На Кубани, как и по всей стране, прокатилась мощная волна многочисленных митингов и собраний, на которых пожилые и молодые люди, мужчины и женщины говорили о том, что они готовы отдать все силы для защиты своей Родины. На своем митинге рабочие Новороссийского цементного завода «Пролета­рий» заявили, что стахановским трудом будут укреп­лять экономическую и военную мощь страны, всеми силами помогать Красной Армии и Военно-Морско­му Флоту. Они объявили себя мобилизованными, чтобы с честью выполнить любое государственное за­дание.

В первые недели войны началось создание из добровольцев истребительных батальонов, отрядов народ­ного ополчения, групп противовоздушной и противохи­мической обороны. Бойцы истребительных батальонов приступили к охране важнейших народнохозяйствен­ных объектов - заводов, фабрик, электростанций, скла­дов, мостов, предприятий и других. В 1941 г. в крае действовало 86 городских, районных и 6 истребитель­ных железнодорожных батальонов, насчитывающих 14 тысяч бойцов.

В отряды народного ополчения принимались доб­ровольцы, не подлежащие призыву в армию, учителя средних школ, работники различных учреждений.

Отряды ополченцев сразу же приступили к боевой учебе. Если к концу июля 1941 г. в крае в народное ополчение записалось 178 тыс. человек, то к декабрю 1941 г. желающих стать ополченцами насчитывалось уже 224 тысячи. Для Дона, Кубани и Ставрополья было характерно формирование добровольческих ка­зачьих соединений, которые отлично зарекомендова­ли себя на фронтах войны.

На Кубани в 1941 г. был сформирован из добро­вольцев непризывного возраста казачий кавалерий­ский корпус. Семьдесят пять процентов казаков и ко­мандиров корпуса были участниками Гражданской войны. В состав корпуса вошел созданный в Адыгее кавалерийский полк. В начале 1942 г. 17-й Кубан­ский кавалерийский корпус был зачислен в кадро­вый состав Красной Армии. Он не раз отличался в боях на Северном Кавказе, на Дону, юге Украины, в Белоруссии, при освобождении Венгрии, Польши, Че­хословакии. За умелые боевые действия, за органи­зованность и отвагу личного состава в августе 1942 г. 17-му Кубанскому кавалерийскому корпусу, как и всем его дивизиям, было присвоено звание гвардей­ского. Он стал именоваться 4-м гвардейским кавкор-пусом. Все его солдаты и офицеры были награждены орденами и медалями СССР. Отважно сражались на фронтах Великой Отечественной войны бойцы и командиры Краснодарской пластунской дивизии. За храбрость и мужество, проявленные в боях с врагом, около 14 тысяч воинов дивизии получили правитель­ственные награды.

С первых же дней войны небывалый размах полу­чила подготовка боевых резервов для фронта различ­ными добровольными организациями и обществами.

17 сентября 1941 г. Государственный Комитет Обо­роны (ГКО) принял Постановление «О всеобщем обя­зательном обучении военному делу граждан СССР». Обучение вводилось с 1 октября 1941 г. Военному обучению подлежали граждане мужского пола в воз­расте от 18 до 50 лет. Обучение - без отрыва от про­изводства. Каждый обучающийся должен был осво­ить одну из воинских специальностей, хорошо знать винтовку, владеть ручной гранатой, уметь бросать зажигательные бутылки, вести рукопашный и шты­ковой бой, пользоваться средствами противохимиче­ской защиты, маскироваться.

Повсеместно организовывались военно-учебные, пункты (ВУПы). Создавались они по производственно-территориальному принципу, формировались подобно армейской организационной структуре: отделение -15 человек, взвод - 50, рота - 150 и т. д., в зависи­мости от количества обучающихся.

На Кубани в период военного обучения первой очереди функционировало 8 батальонов, 163 роты и 263 взвода. Осоавиахимовские организации края во второй половине 1941 г. подготовили 76 120 бойцов для пополнения рядов действующей армии (стрелков, гранатометчиков, истребителей танков, снайперов, связистов, санитаров и др.).

С первых же дней войны массовый размах приоб­рело патриотическое движение народа по оказанию материальной помощи фронту. Она выразилась в са­мых разнообразных формах: в создании фонда обо­роны Родины, добровольных взносах советских людей на вооружение армии и флота, реализации военных государственных займов и денежно-вещевых лотерей, сборе теплых вещей и подарков для фронтовиков, за­боте о раненых бойцах и во многом другом. Уже в сентябре 1941 г. труженики Краснодарского края ото­слали воинам 120 тыс. различных теплых вещей и белья, а в декабре 1941 г. это количество возросло почти до 600 тысяч (это полушубки, шинели, ватные куртки, шаровары, валенки, меховые рукавицы, шер­стяные носки и др.). К маю 1942 г. кубанцы внесли в фонд обороны наличными 56 млн рублей и облига­циями государственных займов 76 млн рублей.

Высокое чувство патриотизма нашего народа на­шло свое яркое выражение в широком развитии до­норского движения. В крае только от доноров-комсо­мольцев было получено 18 тысяч литров крови. Это дало возможность спасти жизнь многим тысячам тя­желораненых воинов. Как показывает статистика, применение в годы войны в госпиталях наряду с дру­гими лечебными мерами донорской крови способство­вало тому, что почти 73 процента раненых были воз­вращены в строй.

Массовое участие советских людей во всенарод­ном патриотическом движении по оказанию матери­альной помощи фронту стало ярким свидетельством их готовности преодолеть любые трудности и лише­ния, чтобы отстоять свободу и независимость своей Родины.

Начавшаяся война потребовала в кратчайший срок создать слаженное и быстро развивающееся военное хозяйство. Это возможно было сделать путем перево­да всей экономики с мирного положения на военное. С самого начала войны все основные промышленные предприятия края полностью или частично переводи­лись на выпуск военной продукции. Так, на краснодар­ском заводе «Октябрь» был освоен выпуск комплек­тующих деталей для снарядов знаменитых «катюш». На заводе имени Седина, продолжая выпускать стан­ки, стали изготовлять отдельные узлы для танков, корпуса для бронебойных артиллерийских снарядов, минометов, ручных гранат. Маргариновый завод и Адыгейский консервный комбинат начали изготов­лять детали для минометов; лаборатория Краснодар­ского химико-технологического института присту­пила к выпуску бутылок с самовоспламеняющейся жидкостью. Различные артели стали производить гра­наты и мины или детали к ним. На новороссийском заводе «Красный двигатель» организовали производ­ство минометов; на цементных заводах - производ­ство противотанковых надолбов, бетонных плит для взлетно-посадочных аэродромов, цементных авиабомб; на шиферном заводе - производство противотанко­вых мин. Швейные предприятия перешли на выпуск гимнастерок, брюк, шаровар, шинелей, телогреек, армейских ушанок, другого имущества. Из 1685 промышленных предприятий края 1245 давали продук­цию для фронта.

Активно участвовала в перестройке народного хозяйства края, в увеличении выпуска военной про­дукции для фронта молодежь. Уже летом 1941 г. по инициативе свердловских и горьковских молодых рабочих началось движение двухсотников. Оно было подхвачено во всех регионах страны и развивалось под лозунгом «Работать за себя и за товарища, ушед­шего на фронт». Первые двухсотники на Кубани по­явились на краснодарском заводе «Октябрь», они еже­дневно выполняли задание на 200-250 процентов. Движение за выполнение двух норм приняло широ­кий размах в колхозах, совхозах, МТС края, где, как и на промышленных предприятиях, целые предприя­тия стали двухсотниками. «Мы те же бойцы, хотя еще и не в красноармейской форме, - заявили члены бригады Алексея Мигеля из Соколовской МТС. -Будем трудиться так, чтобы производственными по­бедами содействовать полному уничтожению фаши­стских злодеев». Слова молодых трактористов не рас­ходились с делами, их бригада была лучшей в МТС и прочно удерживала первое место. Тракторная брига­да Ивана Суркова из Новощербиновской МТС уже к сентябрю 1941 г. выполнила годовой план. На 150-200 процентов и более выполняли задание члены бригады Ф. Довбня из Красносельской МТС. Харак­терной чертой двухсотников на селе было совмеще­ние должностей и обязанностей. В войну это приоб­рело особый смысл, так как позволяло в какой-то мере восполнить недостаток кадров, вызванный мо­билизациями на фронт. Стало обычным делом днем работать в поле, а вечером - на току, в бухгалтерии, сельсовете, возить хлеб. Повсеместно заведующие жи­вотноводческими фермами были в то же время и до­ярками, свинарками, скотниками. Учетчики вели учет не в одной, а в двух-трех бригадах, часто одновре­менно заменяя весовщиков и заправщиков. Так, И. Дмитриев, И. Баранов, Л. Гришко из племхоза Пластуновского района днем работали на комбайне, выполняя задание на 200 процентов, а ночью возили зерно и тоже перевыполняли норму.

Следует отметить, что важнейшей составной час­тью перестройки народного хозяйства в условиях на­чавшейся войны был переход сельского хозяйства на рельсы военной экономики. Одной из главных задач военной перестройки сельского хозяйства была орга­низация уборки урожая. Уборочная кампания зави­села от решения исключительно острой проблемы кадров, особенно механизаторских. В первые же дни войны тысячи механизаторов были призваны в ар­мию. В крае к 1942 г. трактористов осталось в два раза меньше. Исключительную роль в решении про­блемы механизаторских кадров сыграло патриотиче­ское движение женщин и девушек-комсомолок за ов­ладение сельхозтехникой, за возвращение на работу по своей бывшей специальности. Как писал журнал «Социалистическое сельское хозяйство» летом 1941 г., «Только в Краснодарском крае повело машины бо­лее 4000 ранее подготовленных трактористок. Повсеместно в МТС были открыты курсы по подготовке женщин-механизаторов. Если в большинстве тыло­вых районов страны срок обучения трактористок был 30-35 дней, то в МТС Кубани, где уборка началась раньше всех, их обучали две-три недели. Всего в крае летом 1941 г. встали за штурвал комбайна более 900 женщин. В уборке первого военного урожая уча­ствовало все трудоспособное население деревни, а так­же подростки, учащиеся 5-10-х классов, старики. В Кущевском районе на полях колхоза «Красный удар­ник» комсомольско-молодежное звено трое суток не покидало молотильный ток, стремясь быстрее закон­чить обмолот, досрочно рассчитаться с государством». Такие факты стали обычным явлением в то суровое время.

Одной из важнейших оборонных задач сельского хозяйства являлось снабжение армии кондиционным конским поголовьем, повозками, упряжью. К октяб­рю 1941 г. из края в действующую армию было от­правлено более 42 тыс. лошадей. Уменьшение меха­нической и живой тягловой силы вело к увеличению нагрузки на оставшийся рабочий скот и несло с со­бой дополнительные трудности земледельцам.

Однако благодаря самоотверженному труду хлебо­робов, помощи городского населения Кубань в целом справилась с осенними полевыми работами 1941 г. и поставками сельхозпродукции. Только на 1 сентября 1941 г. колхозы и совхозы края сдали государству 1057 тыс. тонн хлеба, а затем заготовки достигли 1 381 850 тонн. Хотя этот показатель несколько мень­ше 1940 г., но все же самый высокий в стране по сравнению с другими краями и областями.

Еще большие трудности и испытания ожидали кубанцев в 1942 г. Тяжелее стало жить материаль­но: с 1 сентября 1941 г. в городах и рабочих посел­ках края вводились карточки на хлеб, сахар, конди­терские изделия. Ужесточались условия труда. Для закрепления рабочих и служащих на военных предприятиях указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 декабря 1941 г. все мужчины и женщины, заня­тые в военной промышленности, объявлялись мобили­зованными на весь период войны. Лица, допускавшие самовольный уход, считались дезертирами и преда­вались суду военного трибунала. 13 февраля 1942 г. был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «О мобилизации на период военного времени трудо­способного городского населения для работы на про­изводстве и строительстве».

С февраля 1942 г. увеличивался в 1,5 раза обяза­тельный минимум трудодней для колхозников. Ми­нимум распространялся на подростков 12-16 лет, были введены уголовные наказания за его невыра­ботку. Правда, на практике к ним прибегали крайне редко. Однако ужесточение трудовых отношений со­четалось с поощрительной стимуляцией выполнения заданий. В качестве поощрения на предприятиях широко использовались продовольственные и про­мышленные товары, выдавались дополнительные кар­точки. Решающим событием первого периода войны стала Московская битва. Разгром немцев под Москвой похоронил преступный план «Барбаросса». «Блиц­криг» на Востоке не состоялся. Немецко-фашистские войска потерпели первое крупное поражение во Вто­рой мировой войне. Гитлеровскому командованию пришлось срочно менять свою военную тактику. Оно осознало необходимость длительной, затяжной вой­ны, к которой Германия не была готова. Победа под Москвой позитивно сказалась и на настроении, мо­ральном духе армии и народа, она вызвала энтузи­азм и прилив новых сил.

Промышленность Кубани продолжала наращивать выпуск военной продукции, несмотря ни на какие трудности. Например, для бесперебойной работы по выполнению заданий командования часть оборудо­вания Новороссийского судоремонтного завода была перенесена в подземную штольню, где трудились круглосуточно. Основной персонал Новороссийского порта, в том числе инженерно-технический состав, перешел на казарменное положение.

Еще осенью 1941 г. на промышленных предприя­тиях страны стали появляться комсомольско-молодежные фронтовые бригады.

«Фронтовые бригады, - писала «Комсомольская правда» 23 декабря 1941 г., - это воплощение патри­отического подъема и самоотверженности молодых рабочих, отдающих все во имя победы над врагом». Как правило, все члены таких бригад выполняли нор­мы на 150-200 и более процентов. Первые две фрон­товые бригады на Кубани появились на новороссий­ском заводе «Красный двигатель». Кстати сказать, план по выпуску оборонной продукции во второй полови­не 1941 г. завод выполнил на 307 процентов. Всего в крае в июне 1942 г. было 740 фронтовых бригад.

Важнейшей задачей тружеников сельского хозяй­ства являлась успешная подготовка и проведение ве­сенней посевной кампании, которая в 1942 г. прохо­дила в условиях еще больших трудностей. Сельское хозяйство продолжало поставлять на оборонные нуж­ды материально-технические средства, тягловую и рабочую силу, людские ресурсы. В то же время про­мышленность резко сократила поставку простых и сложных сельхозмашин. Совсем был прекращен вы­пуск борон, сеялок, тракторных лущильников, коси­лок, молотилок, зерновых комбайнов.

Осложняло подготовку и то, что к началу 1942 г. в крае оставались неубранными 150 тысяч гектаров различных сельскохозяйственных культур.

Повсеместно в колхозах и совхозах возросла на­грузка на каждый трактор, на каждую лошадь, не хватало механизаторов, особенно квалифицирован­ных. Все силы были брошены на ремонт имеющейся техники. В МТС, совхозах, колхозах создавались комсомольско-молодежные ремонтные бригады (в колхо­зах края их трудилось более 2000), систематически проводились воскресники, декадники, месячники по ремонту машин и сельхозинвентаря. Колхозники и механизаторы работали не жалея себя. В Павловской МТС слесари Гладков, Ренсков при выполнении за­дания по трое-четверо суток не покидали территорию мастерской. Слесари Федоров, Соломка, Семенчук выполняли нормы на 300-500 процентов. Повсемес­тно развернулась работа по выявлению и сбору зап­частей, инструмента, металла для ремонта техники. Только в 24 районах края со 2 по 20 февраля 1942 г. было собрано 178 640 разных деталей, 12 170 штук инструмента, 56 тонн металла и ремонтного материа­ла. Благодаря этому план ремонта тракторов в крае удалось выполнить на 97 процентов.

Зимой 1941/42 г. исключительно большое вни­мание уделялось подготовке к сельхозработам школь­ников, студентов, служащих, домохозяек.

Весной 1942 г. особенно широко развернулось социалистическое соревнование женских тракторных бригад и женщин-трактористок, начатое по почину трактористок Орджоникидзевского (Ставропольского) края. Кстати сказать, 70 процентов механизаторов того времени были женщины. Почин наших соседей сразу же поддержали на Кубани. Преодолевая мно­гочисленные трудности, трактористки самоотвержен­но боролись за выполнение взятых обязательств и внесли решающую лепту в выполнение планов весен­не-полевых работ. Колхозы и совхозы края в 1942 г. посеяли больше, чем в 1941 г., колосовых культур, подсолнуха, клещевины, сахарной свеклы, картофе­ля. Во многих районах края был выращен высокий урожай колосовых культур. Однако полностью убрать его не удалось из-за вторжения немецко-фашистских войск в пределы края. Более того, пришлось спасать убранный урожай, собственность колхозов, совхозов, МТС.

Из края только к 20 июля 1942 г. было вывезено 10 тыс. вагонов хлеба, отогнано свыше 942 тыс. го­лов скота, эвакуировано 6000 тракторов. 28 июля

1942 г. военный совет Северо-Кавказского фронта принял постановление о подготовке к уничтожению запасов хлеба, горючего, скота и других ценностей в случае невозможности их вывоза.

Наступающие вражеские войска помешали эва­куировать многие предприятия. Пришлось спешно вывести из строя 38 промышленных предприятий Краснодара, 755 скважин нефтепромыслов, 11 комп­рессорных установок, нефтепровод. Наступали черные дни оккупации.

Оккупация Краснодарского края

После поражения под Москвой гитлеровское ко­мандование вынуждено было искать другие пути к победе. С этой целью была сделана ставка на военно-экономическое удушение СССР. Ставилась задача от­сечь от страны богатые сырьевыми ресурсами южные районы, пробиться к Волге, перерезать эту важней­шую магистраль, снабжающую нашу промышленность и армию нефтью, хлебом, что в конечном счете, по мнению Гитлера, должно было предрешить исход вой­ны. Фашистское руководство рассчитывало «немед­ленно и возможно полно использовать оккупирован­ные территории в интересах Германии, получить как можно больше продовольствия и нефти». Рейхминистр фашистской Германии Розенберг, выступая на специальном совещании по восточной проблеме, от­мечал, что задача обеспечения продовольствием гер­манского народа стоит на первом месте в списке при­тязаний Германии на Востоке, что южные территории и Северный Кавказ должны будут служить в каче­стве баланса при снабжении продовольствием герман­ского народа.

В конце весны 1942 г. гитлеровское верховное командование сосредоточило основные усилия на юж­ном крыле советско-германского фронта, делая став­ку на захват нефтяных районов Кавказа и плодородных областей Дона, Кубани, Ставрополья. Под уда­рами вермахта наши войска вынуждены были отсту­пать, и к середине июля вражеские соединения выш­ли в большую излучину Дона, создав угрозу прорыва к Волге и на Кавказ. 17 июля 1942 г. начался оборо­нительный период Сталинградской битвы, продолжав­шийся до 18 ноября 1942 г. Двадцать четвертого июля, овладев Ростовом-на-Дону, гитлеровцы начали стре­мительно развивать наступление на Сталинградском направлении. Одновременно часть немецкой группи­ровки приступила к выполнению плана по захвату Кавказа. Замысел врага по захвату Кавказа был изложен в директиве гитлеровского командования № 45 от 23 июля 1942 г., условное наименование «Эдельвейс», и состоял в том, чтобы окружить и унич­тожить наши войска южнее и юго-восточнее Ростова и овладеть Северным Кавказом. Затем предполага­лось обойти Главный Кавказский хребет с запада и востока, одновременно преодолеть его с севера через перевалы. Для выполнения этих задач предназнача­лась группа армий «А». Двадцать пятого июля про­тивник развернул наступление на Сальском, Ставро­польском и Краснодарском направлениях. Началась битва за Кавказ. В ней выделяется два этапа: оборо­нительный (25 июля - 31 декабря 1942) и наступа­тельный (1 января - 9 октября 1943) - операции, про­веденные советскими войсками с целью обороны Кавказа и разгрома вторгшихся в его пределы немец­ко-фашистских войск.

Двадцать две дивизии группы армий «А», из них девять танковых и моторизованных, повернули от Ро­стова на юг и устремились на территорию Краснодар­ского края, пытаясь окружить и уничтожить силы Северо-Кавказского фронта, но остановить его про­движение по кубанской земле не удалось.

30 июля войскам был зачитан приказ председателя Государственного Комитета Обороны И. В. Сталина № 227 от 28 июля 1942 г. В нем указывалось на то, что немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Вол­ге, хотят любой ценой захватить Кубань, северный Кавказ с нефтяными и другими богатствами. «Отсту­пать дальше - значит загубить себя и загубить вмес­те с тем нашу Родину... надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию...» Главным требованием этого приказа было - «ни шагу назад».

В ходе тяжелых, кровопролитных боев войска Сталинградского и Донского фронтов, проявив стой­кость и массовый героизм, не позволили вермахту с ходу овладеть Сталинградом. На Кавказском направ­лении войска Северо-Кавказского и Закавказского фронтов совместно с Черноморским флотом также в тяжелых и оборонительных боях сорвали планы гер­манского командования по захвату Кавказа. Но враг смог во второй половине августа оккупировать почти весь край, за исключением Адлерского, Геленджикского, Шапсугского (с 24 мая 1945 г. - Лазаревско­го) районов, городов Сочи, Геленджик, Туапсе.

Оккупация Кубани - одна из самых трагических страниц ее истории. Еще до захвата районов края гит­леровцы направили на Северный Кавказ большую группу инженеров и экономистов, составивших спе­циальный «экономический комитет по Кавказу». Вме­сте с ними прибыл бывший германский военный ат­таше в Москве генерал Кёстринг в качестве «советника по делам кавказских народов и казаков». Сюда же был направлен полковник Панвиц, которому поруча­лось создание антисоветских воинских частей из на­родов Северного Кавказа. В помощь гитлеровским экспертам были доставлены из Германии белоэмиг­ранты, бывшие царские генералы Шкуро и Краснов. Все эти советники, эксперты, наместники, опираясь на оккупационный аппарат, гестапо и всевозможные его формирования - «эйнзатцгруппы», «зондеркоманды» и другие, приступили к осуществлению разрабо­танной ими программы по ограблению края и истреб­лению людей. В занятых районах фашисты рьяно начали осуществлять свои захватнические планы. Бывший министр земледелия гитлеровской Германии Дарре говорил, что завоеванные территории будут по­делены между солдатами, особо отличившимися, и между образцовыми членами национал-социалисти­ческой партии. Таким образом возникнет новая зе­мельная аристократия, у этой аристократии будут свои крепостные: местные жители.

Край был разбит на десять областей, возглавляе­мых сельхозкомендантами. На проведенном в Крас­нодаре краевом земельном съезде был объявлен «новый порядок» землепользования, упразднивший колхозы и устанавливающий в качестве переходного этапа к единоличному хозяйству «общинное хозяй­ство» (так называемые десятидворки). Новый порядок объявлял совхозы и МТС собственностью германского государства и возлагал на «общинников» ответствен­ность за полную уборку урожая и особенно - за сво­евременную сдачу сельхозпродукции. Фашисты не только грабили, уничтожали материальные ценности, особенно при отступлении, но и пытались идейно разоружить жителей, привить им ненависть к общест­венной собственности на средства производства, к кол­хозам, совхозам, советскому строю. В этих целях ши­роко использовались печать, радио, кино, разного рода клубы и увеселительные заведения.

Новоявленные сельхозкоменданты и их местные прихвостни в станицах и на хуторах распространяли листовки и воззвания, в которых говорилось, что про­стым людям немцы ничем не грозят, что если постра­дают - так это только евреи и коммунисты, что не­мецкие войска, наконец, «освободили крестьян от цепей большевизма», сделают их «настоящими соб­ственниками земли», что теперь они будут работать «только на себя и для своих детей». В этих же воз­званиях и листовках станичников призывали собрать скорее урожай, провести сев озимых, вспашку зяби, помочь немецким властям найти спрятанные запасные части и детали к тракторам и комбайнам. В то же время сельские жители без особого разрешения не мог­ли выезжать за пределы своей местности, а также продавать свои продукты. Оккупанты изымали у кре­стьян в нужном для них количестве продовольствие, фураж, скот. Девятого августа 1942 г. вражеские вой­ска заняли Краснодар. Фашистская оккупация сто­лицы Кубани длилась до 12 февраля 1943 г. Это было самое страшное время за всю историю Краснодара. Мученической смертью погибли 13 тысяч жителей города, из них более 7000 были умерщвлены в душе­губках. Это 6-7-тонные крытые грузовики с дизельны­ми двигателями, оббитые внутри железом и снабжен­ные в задней части кузова двустворчатой герметически закрывающейся дверью. На полу имелась решетка. Через нее по специальной трубе в кузов поступали отработанные газы, содержащие окись углерода вы­сокой концентрации. Запертые в машине люди зады­хались и умирали в мучениях.

Особенно свирепствовала в городе «зондеркоманда СС-10 А». Она занималась розыском и уничтоже­нием «подозрительных» людей, а также попавших в плен командиров и политработников Красной Армии, выявляла и репрессировала евреев. Кстати сказать, Нюрнбергский международный военный трибунал признал преступными организациями элитные орга­ны нацистской партии и госбезопасности (штурмовые отряды - СА, охранные отряды - СС, службу безо­пасности - СД, государственную тайную полицию -гестапо). Все, кто служил в этих органах, виновные в убийствах и грабежах мирных жителей, объявлялись вне закона, а срок их преследования был неограничен.

В истории всех войн, шедших ранее, ни одна ар­мия не разрушала так методично и планомерно, так жестоко и хладнокровно захваченные чужие города, как это делали гитлеровские войска. Специальные команды факельщиков для поджога зданий, взрыва­телей для уничтожения не только промышленных и железнодорожных объектов, но и театров, музеев, школ, больниц впервые создала германская армия.

Ущерб, причиненный Краснодару, был огромен и составлял свыше двух миллиардов рублей (в довоен­ных ценах). В развалинах лежали заводы имени Се­дина и Калинина, «Октябрь», нефтеперегонный, мель­ницы и хлебозаводы, шорно-седельная фабрика, элек­тростанция, водопровод, железнодорожная станция и речная пристань. Было разрушено и сожжено 807 до­мов, среди них 420 крупных зданий, в том числе 127 про­изводственных, 98 общественных, 66 культурно-про­светительных и 120 жилых. Сожжены четыре вуза с оборудованием лабораторий и библиотеками, теат­ры драматический и музыкальной комедии, Дворец пионеров, почти все школы, клубы, кинотеатры.

Огнем и мечом насаждали захватчики «новый порядок» и в других городах края. В приказе немец­кого коменданта Новороссийска отмечалось, что са­ботаж на производстве, злостный невыход на работу, хождение по улицам после установленного часа, хра­нение и ношение оружия, укрывательство партизан и командиров большевистской армии строго запреща­лись. За нарушение приказа - расстрел; в случае убий­ства хотя бы одного немца в каком-либо квартале весь квартал будет выжжен и население его уничто­жено. Город был превращен в груды развалин. В обо­ронительных боях пострадало большинство домов мирных жителей. Люди вынуждены были жить в под­валах и землянках. С первых дней «нового порядка» на улицах Новороссийска появились виселицы. 15 сен­тября 1942 г. гестаповцы привезли к клубу имени Мар­кова 20 девушек-комсомолок и казнили их. 16 сен­тября 1942 г. они согнали к зданию гестапо более 1000 неблагонадежных жителей, посадили на авто­машины, вывезли на Суджукскую косу и расстреля­ли. За время своего господства в городе немцы унич­тожили более 7000 раненых и больных советских воинов, а также тех, кто их укрывал. Более 32 тысяч жителей были вывезены из города: часть - на работы в Германию, часть - в оккупированные районы, часть -в пригородные концлагеря. Для уничтожения неугод-

ного населения проводились всевозможные «фильт­рации, экзекуции, ликвидации». Гитлеровцы постоян­но совершенствовали технику массового убийства людей, создавая крематории, «бани особого назначе­ния», «газовые автомобили». В Ейске фашистские душегубы отравили газами 214 детей Ейского дет­ского дома. Дети пытались бежать, их ловили и втал­кивали в машины смерти. Операция по удушению детей продолжалась два дня. Всего в крае во время оккупации погибло около 62 тысяч человек.

С первых дней оккупации фашисты приступили к организации в Краснодаре административных орга­нов: военного управления, комендатуры, жандарме­рии и так называемого гражданского самоуправления. 10 августа 1942 г. состоялось городское собрание «обще­ственности», созванное немецким комендантом. На нем присутствовало 25-30 человек из числа антисовет­ски настроенных представителей местной интеллиген­ции, главным образом - работники коллегии адвока­тов и преподаватели педагогического института. Из числа прислужников нового режима назначались бургомист­ры, формировались городская и районные управы. На улицах Краснодара были развешаны портреты Гитле­ра и плакаты с изображением улыбающегося крестья­нина и подписью: «Фюрер дал мне землю».

26 сентября 1942 г. под девизом: «Трудящиеся всех стран, объединяйтесь в борьбе против большевизма!» в Краснодаре вышел первый номер газеты «Кубань», призванный печатным словом содействовать оккупа­ционному режиму. Газета пыталась представить окку­пантов «освободителями и благодетелями».

Факты, извлеченные из архивных документов, беседы с участниками подполья и партизанского дви­жения, простыми жителями, оказавшимися на за­хваченной земле, свидетельствуют о том, что фашист­ской пропаганде удалось отравить сознание некоторой части населения идеями, враждебными советской вла­сти. Не случайно на пленуме Краснодарского край­кома партии отмечалось: «Оккупанты принимали все меры для того, чтобы подорвать и свести на нет соци­алистическое сознание советских людей, оставшихся на оккупированной территории, хотели обезоружить их духовно и кое-что в этом отношении сделали». Однако подавляющее большинство населения с дос­тоинством вело себя в условиях оккупационного ре­жима и сохранило верность своей Родине.

Что касается предателей, то мало кто из них ушел от возмездия. Уже 14-17 июля 1943 г. в Краснодаре состоялся первый в стране судебный процесс по делу о зверствах немецко-фашистских захватчиков и их пособников на территории Краснодара и Краснодар­ского края. Обвиняемых было 11 человек, все они до­бровольно сотрудничали с оккупантами (10 человек служили в упомянутой «зондеркоманде СС-10 А»), уча­ствовали в облавах и арестах, истязаниях, расстре­лах, обслуживали душегубки. Восьмерых Военный трибунал приговорил к смертной казни через пове­шение. Трое были осуждены к ссылке на каторжные работы на 20-летний срок. В последующем в Красно­даре состоялся еще ряд процессов над фашистскими холуями.

В оккупированных районах развернулось парти­занское движение. Третьего сентября 1942 г. Красно­дарский крайком партии принял специальное решение о создании партизанских «кустов»: Краснодарского, Славянского, Новороссийского, Анапского, Нефтегорского, Майкопского, Армавирского и Сочинского, которые объединяли 87 партизанских отрядов общей численностью 5500 человек. Эти отряды дислоциро­вались в северных предгорьях Главного Кавказского хребта на фронте от верховьев рек Уруп, Большая и Малая Лаба до Новороссийска, на Таманском полу­острове и в низовьях рек Кубани и Протоки.

Бойцы партизанских отрядов вели разведку, пе­редавая полученные сведения нашим воинским час­тям, проводили среди населения разъяснительную работу, распространяли антифашистские листовки, газеты, информировали людей о положении на фронтах Великой Отечественной войны, в том числе и на Кубани.

Можно привести массу примеров самоотверженно­сти и героизма партизан и подпольщиков. Вот несколь­ко строк о жизни партизанского отряда «За Родину» (Новороссийского «куста»). Он состоял из железно­дорожников и рабочих вагоноремонтного завода. Этот отряд, как и другие отряды Новороссийского соеди­нения («Норд-ост», «Гроза», «Новый», «Ястребок»), только в течение осени 1942 г. успешно провел более десяти операций во вражеском тылу. При штабе от­ряда «За Родину» в специально оборудованной зем­лянке находилась типография. Здесь печатались ли­стовки, вышли 43 номера газеты «Новороссийский партизан». Редактировал ее журналист Семен Ива­нович Масалов. Вместе с ним были его сыновья Ев­гений и Анатолий. Пятнадцатилетний комсомолец Анатолий был связным при штабе отряда, выполнял поручения командира группы отрядов Новороссий­ского соединения Петра Ивановича Васева, разносил по партизанским базам листовки и газеты. При выполне­нии очередного задания Анатолий погиб. Сегодня одна из улиц Новороссийска носит имя Анатолия Масалова. Он был посмертно награжден медалями «За отва­гу» и «За оборону Кавказа».

Мужественно сражались и другие отряды. Так, в сентябре 1942 г. партизанские отряды «Шторм», «Бойкий», «Решительный» на перегоне между стан­циями Абинская и Линейная пустили под откос во­инский эшелон. Было уничтожено 20 вагонов, паро­воз и 200 вражеских солдат и офицеров.

В Новороссийске подпольная организация, руко­водимая С. Г. Островерховым, добыв печать немецкого медпункта, начала через связанных с ней врачей мас­совую выдачу подложных справок. Подпольщики изменяли также даты рождения в паспортах. Все это спасло многих новороссийцев от угона в Германию.

Пытаясь лишить партизанское движение его глав­ной опоры - поддержки населения оккупированной местности, гитлеровцы все шире применяли методы террора и насилия. Причем этими методами пользо­вались не только карательные органы и охранные войска, но и все действующие части немецкой армии. Инструкции по борьбе с партизанами, разработанные немецко-фашистским командованием, требовали от всех войск применять массовый террор как к парти­занам, так и к местным жителям. Инструкция, со­ставленная в генеральном штабе сухопутных войск под руководством Хойзингера, предписывала устанав­ливать круговую поруку населения, брать заложников и расстреливать всех подозрительных, а «Инструк­ция о борьбе с партизанами на Востоке» от 11 нояб­ря 1942 г., составленная Йоделем и утвержденная Кейтелем, - расстреливать и вешать всех мужчин и женщин, захваченных в плен при карательных опе­рациях. Кейтель требовал пустить в ход самые жесто­кие меры для подавления в кратчайший срок парти­занской войны и уничтожения всех «банд» (так имено­вали гитлеровцы партизанские отряды), но желаемых результатов они не дали.

Террор и насилие оккупантов не смогли сломить волю народа, они лишь усилили его сопротивление. Несмотря ни на какие репрессии, фашистам так и не удалось ликвидировать партизанское движение на Кубани.

Более тысячи кубанских партизан и подпольщи­ков были награждены орденами и медалями СССР. Двум партизанам - братьям Евгению и Гению (Ген­надию) Игнатовым - присвоено звание Героя Совет­ского Союза.

Освобождение и начало восстановления народного хозяйства края

Используя благоприятную стратегическую обста­новку, сложившуюся на сталинградском направле­нии зимой 1942/43 г., войска Закавказского фронта в январе 1943 г. перешли в наступление. (Еще в сентябре 1942 г. войска Северо-Кавказского и Закавказ­ского фронтов были объединены в один Закавказский фронт.)

Боясь окружения и уничтожения своих войск, гитлеровское командование начало выводить их за пределы Кавказа. При этом в его приказах отмеча­лось, что необходимо сделать все для того, чтобы «не дать противнику полной свободы» и «избежать пре­вращения отступления в чистое бегство». Отступая немецко-фашистские войска превращали покидаемую территорию в безжизненное пространство. Железную дорогу Моздок - Армавир гитлеровцы разрушили спе­циальным путеразрушителем. Уничтожались все стре­лочные переводы и служебно-технические здания. Полностью были разрушены железнодорожные мосты у г. Кропоткина, чрез реку Уруп, у станции Армавир. В январских боях 17-я немецкая армия (основ­ная вражеская сила на Кубани) понесла значитель­ные потери, а входившие в нее румынские и словац­кая дивизии были полностью деморализованы. Они отказывались воевать и требовали отвода их в Крым. Румынские солдаты группами дезертировали или сда­вались в плен. В связи с этим фельдмаршал Клейст обратился в генеральный штаб армии Румынии с жалобой на плохие действия румынских войск на Кубани и просил указать командирам дивизий на «необходимость выполнения ими своего долга».

Однако окружить и уничтожить 17-ю армию про­тивника не удалось, и она продолжала с боями от­ступать на Таманский полуостров. При этом немец­кое верховное командование издало специальный приказ отступавшим войскам, в котором требовало разрушения всех промышленных предприятий, жи­лых зданий на оставляемых территориях и увода всех мужчин в возрасте от 15 до 65 лет.

Освобождение Кубани началось 21 января 1943 г. с изгнания фашистов с территории Успенского района. 12 февраля советские войска освободили Краснодар.

Полностью Краснодарский край был очищен от не­мецко-фашистских захватчиков к 9 октября 1943 г.

Освободив большинство районов края, в том чис­ле и город Краснодар, наши войска не смогли про­рвать мощную оборону противника и выдвинуться к Таманскому полуострову, куда отступали вражеские части.

Немецкое командование отлично понимало, что прорыв советских войск на Тамань по существу озна­чал бы окружение и уничтожение всей 17-й армии. Поэтому оно, усиливая оборону на этом участке фрон­та, значительно уплотнило боевые порядки своих войск севернее Новороссийска, стянуло сюда наибо­лее боеспособные немецкие части, заменив ими ру­мынские.

Свои позиции на подступах к Таманскому полу­острову - «Голубую линию» - немцы укрепили осо­бенно сильно. Глубина главной полосы обороны до­стигала пяти-шести километров. Основой обороны были опорные пункты и узлы сопротивления, оборудован­ные в населенных пунктах и на господствующих вы­сотах. Левый фланг «Голубой линии» начинался у косы Вербной на Тамани, а южный фас протяженно­стью 25 километров проходил от станицы Неберджа-евской до Новороссийска, т. е. фланги «Голубой ли­нии» упирались в Азовское и Черное моря.

Новороссийску немцы придавали исключительно большое значение. Еще 10 марта 1943 г. на совеща­нии, проводившемся германским верховным глав­нокомандованием, подчеркивалось, что удержание Новороссийска желательно «из соображений полити­ческого влияния на тюрков, а также в целях удержа­ния русского черноморского флота вдали от Крыма».

Гитлеровское командование, считая Новороссийск ключом обороны всего кубанского плацдарма, не жале­ло сил и средств для превращения города и окрестных высот в неприступную крепость. В районе цементных заводов противник создал целую систему бетониро­ванных дотов, глубоких траншей и ходов сообщения.

Густая сеть проволочных заграждений и многочислен­ные минные поля преграждали подходы к переднему краю его обороны.

Гитлеровцы закрыли вход в бухту боносетевыми и минными заграждениями, заминировали причалы и набережную, установили в надежных укрытиях около 60 орудий, 90 минометов, более 100 пулеме­тов. На километр фронта в районе Новороссийска приходилось до 1300 солдат и офицеров, 60 пулеме­тов, 20 минометов и до 25 орудий.

Стремясь оказать помощь нашим войскам в осво­бождении Новороссийска, командование Северо-Кав­казского фронта еще в начале февраля 1943 г. решило провести крупную десантную операцию. Местом вы­садки основных сил десанта намечался район Юж­ной Озереевки. Вспомогательные силы должны были высадиться на Суджукской косе - на западном берегу Цемесской бухты. Высадка началась в ночь на 4 фев­раля. Десантные корабли у Южной Озереевки попали под сильный огонь противника, понесли потери и вы­нуждены были отойти, сохранить плацдарм у Южной Озереевки не удалось.

Десантники на Суджукской косе (командир-майор Ц. Л. Куников) смогли захватить плацдарм до четы­рех километров по фронту и до двух с половиной кило­метров в глубину, закрепиться на этом клочке земли, названном ими Малой землей. С 15 февраля началась семимесячная оборона Малой земли - плацдарма пло­щадью около 30 квадратных километров. Противник неоднократно пытался уничтожить десантников. Еже­дневно по нескольку часов плацдарм бомбила вражеская авиация, но ликвидировать его немцам не удалось.

Попытки наших войск прорвать оборону немцев весной 1943 г. успеха не имели, и они начали гото­виться к решающим боям по ликвидации Таманского плацдарма противника.

Мощные удары по врагу стала наносить авиация. Напряженные воздушные бои на Кубани начались 17 апреля 1943 г. Только с 17 по 24 апреля в воздушных боях было уничтожено 152 немецких само­лета, 30 - сбито зенитной артиллерией. За время на­ступления в районе Крымской, с 29 апреля по 10 мая 1943 г. нашими летчиками было произведено около 10 тысяч самолето-вылетов и сбито 368 самолетов -это более трети противостоящей авиационной груп­пировки врага. В боях с 26 мая по 7 июня 1943 г. противник лишился 315 самолетов. Наши потери со­ставили 150 самолетов.

В небе Кубани впервые проявился во всем блеске талант будущего трижды Героя Советского Союза лет­чика А. И. Покрышкина. К концу апреля на боевом счету капитана Покрышкина было 13 самолетов про­тивника, сбитых лично, и 6 - в групповом бою.

Воздушные сражения на Кубани по своей напря­женности, числу воздушных боев и количеству уча­ствовавших в них самолетов превзошли все пред­шествовавшие воздушные сражения. Над Кубанью состоялось более половины всех воздушных боев, про­исшедших в апреле и мае 1943 г. на всем советско-германском фронте. В итоге боев на Кубани против­ник потерял более 1100 самолетов. Эти огромные потери не позволили немецко-фашистскому коман­дованию создать к началу своего летнего наступле­ния под Курском численное превосходство в воздухе.

Значительный ущерб противнику нанес Черномор­ский флот. В 1943 г. подводными лодками, надводны­ми кораблями, авиацией и другими силами и средства­ми Черноморского флота было потоплено 123 транспорта врага, 244 боевых корабля. Потери противника на черноморском театре военных действий по сравнению с 1942 г. увеличились почти в четыре раза.

Наступление наших войск на Кубани возобновилось только в сентябре 1943 г. Девятого сентября началась Новороссийско-Таманская операция, в результате ко­торой была прорвана «Голубая линия» и 16 сентября освобожден Новороссийск. Войска Северо-Кавказско­го фронта во взаимодействии с авиацией, Черномор­ским флотом и Азовской военной флотилией завершили разгром Таманской группировки противника и 9 октября 1943 г. полностью очистили от врага Та­манский полуостров. С освобождением всей террито­рии края закончилась и битва за Кавказ. Указом Пре­зидиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1944 г. была учреждена медаль «За оборону Кавказа», которой награждено около 600 тысяч человек. Многие части и соединения удостоены почетных наименований: Анапская, Кубанская, Новороссийская, Таманская, Темрюкская.

В освобожденных от фашистских оккупантов рай­онах сразу же началось воссоздание партийных, со­ветских, комсомольских органов. В тех условиях это было залогом успешного возрождения народного хо­зяйства, нормализации жизни людей, их мобилиза­ции на всемерную помощь фронту.

Восстановление народного хозяйства началось уже в ходе наступательной операции наших войск, хотя и было сопряжено с колоссальными трудностями, так как Краснодар и другие освобожденные территории продолжали оставаться прифронтовыми районами, подвергались вражеским бомбардировкам. К примеру, в результате налета фашистской авиации на Красно­дар 30 мая 1943 г. были разрушены часть помеще­ний трамвайного парка, центральный склад, повреж­ден в нескольких местах рельсовый путь, оборваны провода. Для восстановительных работ не хватало электроэнергии, строительных материалов, оборудо­вания, инструментов, транспорта, квалифицирован­ных рабочих. Силы и средства отвлекались на строи­тельство Краснодарского оборонительного рубежа. Люди жили очень трудно, не хватало продовольствия, жилья, одежды.

Край на протяжении всей своей истории не знал таких массовых разрушений, которые были предус­мотрены фашистскими главарями. В директиве Гит­лера от 4 сентября 1943 г. «О разрушениях при от­ступлении с Кубани» приказывалось: «Все полезные противнику сооружения, места расквартирования, дороги, искусственные сооружения, плотины и т. д. должны непременно разрушаться. Новороссийский порт должен быть так разрушен и загрязнен, чтобы он долгое время не мог быть использован русским флотом; к разрушению также относится минирова­ние местности; противник должен получить совершен­но негодную на долгое время, необитаемую, пустын­ную землю, где в течение месяцев будут происходить взрывы мин...» Тактика «выжженной земли» - по­рождение германского фашизма. Это первый в исто­рии человечества прецедент в официальной политике одной из воюющих сторон по отношению к другой.

В груды развалин были превращены Новороссийск и Армавир. Огромные разрушения были в Краснода­ре, Тихорецке, Ейске, Майкопе, Кропоткине.

В Новороссийске были разгромлены, сожжены, взорваны все промышленные предприятия, портовые сооружения, железнодорожный узел, культурно-бы­товые учреждения, 11 315 жилых домов площадью 493 тыс. кв. м (из 517 тыс. - довоенного фонда). Из тридцати причалов был пригоден к эксплуатации толь­ко один. Портальные краны и другие механизмы ста­ли грудами металлолома, акватория порта была за­минирована и загромождена затонувшими судами. На десятый день освобождения Новороссийска в городе насчитывалось 1200 человек, а по переписи 1939 г. его население составляло 111 тысяч человек. Окку­панты причинили городу ущерб на сумму почти 2 млрд рублей, а по краю он составил более 15 млрд рублей (в довоенных ценах).

В результате понесенных потерь промышленность края оказалась отброшенной далеко назад. Поэтому в постановлении пленума Краснодарского крайкома партии, состоявшегося 6-7 марта 1943 г., в области промышленности и транспорта предусматривались восстановление разрушенных фабрик и заводов, бу­рового, энергетического и компрессорного оборудова­ния нефтяной промышленности, предприятий лесной, легкой, пищевой, местной промышленности, промыс­ловой кооперации, промышленности стройматериалов, электростанций, железных дорог, шоссейного и вод­ного транспорта, пуск в эксплуатацию высокодебитных нефтяных скважин. Конкретную помощь краю ока­зывали центральные государственные органы. 22 мая 1943 г. СНК СССР принял постановление «О перво­очередных мероприятиях по восстановлению хозяй­ства Краснодара и Краснодарского края». В 1943 г. на восстановление предприятий промышленности и транспорта Краснодара было выделено более 27 млн рублей. В ноябре - декабре 1943 г. ГКО СССР при­нял решение о восстановлении краснодарских заво­дов: № 233 (нефтеперегонного), «Октябрь», имени Седина. В декабре 1943 г. СНК СССР принял поста­новление «О дополнительных мероприятиях по вос­становлению хозяйства Краснодарского края». Боль­шая государственная помощь краю была оказана в результате претворения в жизнь постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 21 августа 1943 г. «О неотлож­ных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации». На помощь населению края пришли регионы страны, не постра­давшие от оккупации: Урал, Армения, Грузия. На­пример, из Свердловской области на Кубань прибыло 133 вагона с грузом. Это были стройматериалы, стан­ки, инструменты, промышленные и хозяйственные товары, предметы домашнего обихода. Строительные бригады из Армении трудились в Новороссийске. Свя­зисты Грузии помогали восстанавливать телеграфно-телефонную связь.

По мере расширения восстановительных работ все острее ощущалась потребность в кадрах. В крае во­зобновили работу 11 ремесленных и железнодорож­ных училищ, 16 школ ФЗО с общим контингентом учащихся 7496 человек. Уже к концу первого года своей деятельности они выпустили для предприятий промышленности и транспорта 1558 квалифицирован­ных молодых рабочих. Только в период с февраля по декабрь 1943 г. на краткосрочных курсах, действо­вавших непосредственно на промышленных предпри­ятиях, в колхозах, совхозах и МТС, было подготов­лено около 40 тысяч рабочих кадров различных специальностей и повысило квалификацию 17 тысяч человек.

Благодаря творческой и трудовой активности про­изводственников в крае, как и в дооккупационный период, росло число «двухсотников», «трехсотников», комсомольско-молодежных фронтовых бригад. Только на предприятиях Краснодара в начале 1945 г. их было 470. Более 7000 жителей города в 1945-1947 гг. были награждены медалью «За доблестный труд в Вели­кой Отечественной войне 1941-1945 гг.». Преодоле­вая немалые трудности и лишения, кубанцы упорно и настойчиво восстанавливали разрушенную промыш­ленность и уже в 1943 г. смогли перевыполнить план выпуска промышленной продукции.

К январю 1944 г. на Кубани было восстановлено и вступило в строй действующих 504 государственных предприятия и 326 промышленных артелей. В 1945 г. выпуск валовой промышленной продукции края со­ставил одну треть довоенного уровня. Предстояло еще многое сделать, чтобы добиться полного восстанов­ления промышленного производства. Железнодорож­ники края при помощи тружеников других отраслей хозяйства уже в 1943 г. восстановили 2517 километ­ров пути, 636 мостов, 4 туннеля, 25 вокзалов.

В 1944-1945 гг. все отделения Северо-Кавказской железной дороги, находившиеся на территории края, справились с государственными заданиями по пере­возке грузов.

Наряду с восстановлением основных отраслей на­родного хозяйства возрождались образование, здра­воохранение, культура. В 1944 г. в крае действовали 2293 общеобразовательные школы, возобновили работу все средние специальные и высшие учебные заведения. К началу 1944 г. в крае действовало 1289 домов и дворцов культуры, клубов, изб-читален, библиотек, кинотеатров, восстановленных мето­дом народной стройки.

Боевые действия, оккупация нанесли огромный ущерб сельскохозяйственному производству Кубани. С территории края фашисты вывезли около 1,5 млн тонн продуктов сельского хозяйства и сырья. На 1 ап­реля 1943 г. в крае было учтено только 647 исправных тракторов, остальные нуждались в восстановитель­ном, капитальном или текущем ремонте. По сравне­нию с дооккупационным периодом более чем в два раза сократилось количество рабочих лошадей, более чем в три раза - крупного рогатого скота. После осво­бождения совсем не осталось никакого скота в 20 кол­хозах Абинского района, в 14 -   Славянского и т. д.

Исключительно трудная обстановка сложилась в 1943 г. с семенами зерновых. В период оккупации ценный сортовой материал был вывезен, расхищен или смешан с рядовым зерном. Сортового хозяйства практически не стало. Колхозы и совхозы освобож­денных районов совсем не имели семенных фондов. Чтобы не сорвать сев, был организован сбор зерна у на­селения.

Всего у колхозников было собрано 6 млн 700 тыс. пудов семян различных культур. Колхозы и совхозы Кубани, преодолевая тяжелейшие последствия окку­пации, выполнили и даже несколько перевыполнили планы весеннего сева по ряду показателей. Но сде­лать это они смогли за счет значительного удлине­ния сроков посева, а при некачественной вспашке и плохих семенах это не могло не сказаться на уро­жайности и валовом сборе хлеба. Критическая ситуа­ция сложилась с ремонтом уборочной техники. На 15 июня 1943 г. в крае было отремонтировано толь­ко 10 процентов комбайнов. По решению СНК СССР от 22 мая 1943 г. для МТС края должны были посту­пить 379 моторов, 600 шт. полотен хедера, 1036 шт. приводных ремней. Однако и при этом оставалось необеспеченных комбайнов: полотнами хедера - 1125, приводными ремнями - 1299, моторами - 836. В этих условиях необходимо было повседневное исключи­тельное трудовое напряжение женщин, молодежи -решающей силы в деревне. На первое октября 1943 г. в промышленности, совхозах и МТС края работало 66 770 женщин, или более 77 процентов состава ра­бочих. На полях Кубани хлеб убирали 150 комсомольско-молодежных агрегатов, в каждом районе было создано по 10-25 молодежных звеньев косарей по уборке вручную. За ударный труд 220 молодых передовиков сельского хозяйства края были награж­дены грамотами ЦК ВЛКСМ, а 43 человека - знаком «Отличник социалистического земледелия». Благода­ря колоссальному трудовому напряжению женщин, подростков, всего сельского населения колхозы и сов­хозы края смогли вывезти на элеваторы 27 млн пу­дов зерна в счет хлебозаготовок. Это было намного меньше по сравнению с предшествующими годами (в 1940 г. государственные заготовки и закупки со­ставили по всем категориям хозяйств 1566 тыс. т), но все равно явилось существенным вкладом Кубани в обеспечение без серьезных перебоев снабжения Крас­ной Армии и населения продовольствием, а промыш­ленности - сырьем. Два с половиной года уже шла битва с фашизмом, хлебнул народ лиха, пережил ок­купацию. И прежде всего, чтобы лучше кормить страну и армию, необходимо было вывести сельское хозяй­ство из критического положения, увеличить валовые сборы сельхозпродукции, а вместе с ними и хлебоза­готовки. Это стало главной задачей. Победы Красной Армии радовали людей, помогали переносить невзго­ды и лишения, вдохновляли на самоотверженный труд. К тому же в 1944 г. промышленность края поста­вила деталей к сельхозмашинам в два с лишним раза больше по сравнению с предыдущим годом. Благода­ря трудовому энтузиазму земледельцев в 1944 г. кол­хозы и совхозы Кубани посеяли зерновых на 157 тыс. гектаров больше, чем в 1940 г. Однако вся посевная площадь в колхозах и совхозах края была еще в 1,5 ра­за меньше, чем в предвоенном году.

Трудно проходила уборка 1944 г. Из-за нехватки транспортных средств, рабочих лошадей необходимо было привлечь не менее 64 тыс. коров колхозников, рабочих и служащих. В крае в 1945 г. удалось под­нять урожайность зерновых культур с 5,3 до 8,8 ц с гектара, а валовой сбор вырос до 12 602 тыс. цент­неров, что составило более пяти процентов валового сбора зерновых и бобовых по РСФСР. Хлеба на Куба­ни было заготовлено в два с лишним раза больше, чем в 1943 г. Краснодарский край вновь становился крупной зерновой и продовольственной базой страны.

Новыми трудовыми успехами ознаменовали зем­ледельцы края последнюю военную весну. Кубанцы выступили не только инициаторами Всесоюзного со­циалистического соревнования за высокий урожай 1945 г. и образцовое проведение весеннего сева, но и за наивысшие показатели работы на тракторах. На по­лях Кубани весной 1945 г. работало 480 тракторных бригад, 2880 молодежных звеньев высокого урожая. Большинство из них успешно справились с производ­ственными заданиями. Ударным трудом ответили зем­ледельцы Кубани на долгожданную весть о капиту­ляции фашистской Германии.

Яровой сев в колхозах края был выполнен почти на 100 процентов, а вся посевная площадь в крае под урожай 1945 г. выросла по сравнению с 1944 г. на 160,6 тыс. гектаров, составив 76,4 процента к уров­ню 1940 г. Таким образом, успехи, достигнутые кол­хозами, совхозами, МТС края в 1944 г., удалось за­крепить и развить в 1945 г., когда Кубань сдала хлеба на 2,4 млн пудов больше по сравнению с предшеству­ющим годом. Это была большая экономическая и политическая победа кубанских хлеборобов, которые в условиях еще не окончившейся войны, пережив оккупацию, поднимали сельское хозяйство и меняли его положение к лучшему. Это, в свою очередь, яви­лось важным фактором успешного восстановления и развития народного хозяйства края в первое после­военное время.

 

 

 
 
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения
Место для рекламы
Центральная городская библиотека им. А. С. Пушкина
Назад Наверх  
© 2007-2017 Igor Borowski